Андрей Круз Те, кто выжил - страница 26

^ 10 июня, суббота, утро Мюйден, окрестности Амстердама
Разведчики появились в «Амстеле» около восьми утра, когда я сидел в баре у окошка и доедал pannenkoek met ham en kaas, то есть огромный такой толстый блин, засыпанный сверху резаной ветчиной и залитый расплавленным сыром. Неплохо так, кстати, на завтрак. А своей очереди дожидалась большая чашка кофе, которую только что поставила передо мной хозяйка гостиницы, заодно здесь и кухарничающая.

Слегка скрипнув тормозами, прямо перед окнами гостиницы остановился широкий и низкий бронеавтомобиль камуфляжной расцветки, размером с БРДМ примерно, но сильно приплюснутый сверху, с большими колесами, узкими, закрытыми толстым бронестеклом окнами и крупнокалиберным пулеметом на вертлюге. Фырчащий дизель, гонявший эхо между домами, заглох, тяжелые дверцы распахнулись. Из машины вышли двое в камуфляже, еще один остался за рулем. Все рослые, крепкие, светловолосые, возрастом за тридцать. Один из них, явно старший, перехватил мой взгляд из-за окна, и я помахал им рукой.

Распахнулась дверь, звякнул колокольчик. Старший подошел к столу, протянул руку, спросив сразу по-английски:

— Андре? Мы вас ищем?

— Меня, — кивнул я, пожимая руку. — Кофе хотите?

Старший сказал:

— Да, спасибо.

Они синхронно отодвинули стулья, уселись. Я попросил еще два кофе для них у заулыбавшейся хозяйки.

— Я ритмеестер Де Гроот, из гусарского полка Ван Бореель, — представился командир. — Можно просто Вим. — он указал на своего спутника: — Это оппервахтмеестер Нидермейер, опять же можно проще — Бастиан, можно еще проще — Бас. За рулем Йос, он же вахтмеестер Коот.

— Как меня зовут — уже знаете, — ответил я на вступительную речь ритмеестера, а если проще, то ротмистра или капитана, кабы не был он кавалеристом хотя бы по названию.

Я обратил внимание на оружие пришедших. Сначала показалось, что у них такие же М4 как и у меня, но ошибся — на груди у каждого висел новенький автомат «Хеклер-Кох НК416» с прицелом «Elcan», таким же как на трофейном пулемете. Серьезно вооружились, можно завидовать очень запросто. Я бы на такой автомат своих «американцев» два к одному менял с радостью.

— Мы должны провести разведку и подготовить операцию по освобождению гражданских лиц, — пояснил Вим. — Вы нам поможете?

— Помогу, — кивнул я, придвинув к себе чашку и смешивая корицу с пеной. — Чем смогу. Только вы мне вот что поясните: какие у вас планы по тем, кто удерживает гражданских?

— Вам это зачем? — спросил тот.

— Чтобы знать, насколько сильно я буду помогать, — ответил я абсолютно честно. — Если вы хотите освободить гражданских, а бандитам погрозить пальцем и сказать: «Так больше не делайте!» — помогать буду умеренно.

— А с чего вы это взяли? — удивился Де Гроот.

Я отвечать на вопрос не стал, смотрел на него, выжидая. Вздохнув, ротмистр ответил:

— Полагаю, что противник попытается оказать вооруженное сопротивление. Мы будем вынуждены вести огонь на поражение.

— А если они сдадутся?

— Их перевезут в Мюйден, предадут суду, а тот, скорее всего, направит их на рытье каналов. Нам нужно очень много каналов, многие километры, им хватит до конца жизни. Я ответил на вопрос?

Я кивнул:

— Пожалуй, что да, ответили. Такой исход меня удовлетворяет.

— У вас личное? — уточнил он.

— Более чем личное. Должен предупредить, правда — я не поступаю под ваше командование. Я помогаю, но я сам по себе. С этим разобрались?

— Хорошо, — невозмутимо ответил Вим, отпив кофе.

Их машина, как выяснилось, называлась «Феннек», так зовут пустынную пронырливую лису. Машина была немецко-голландской, во что верилось легко, стоило заглянуть внутрь — все выглядело чрезвычайно добротно и продумано. Места внутри, правда, мне не хватило, она была всего лишь трехместной, несмотря на солидные габариты, и до стоянки меня подвезли верхом на броне, причем Вим составил мне компанию исключительно из вежливости.

У чекпойнта нас ждал, как оказалось, еще один «Феннек», вооруженный на этот раз автоматическим гранатометом. Он пристроился в хвост колонне, а меня совершенно неожиданно воткнули в ее середину, сообщив, что описанную мной дорогу смогут найти и без моей помощи, поэтому незачем светиться на не бронированном «дейли» впереди бронемашин. Ну и правильно, наверное. И места для них все же должны быть знакомыми, они здесь местные, не я.
^ 10 июня, суббота, день Окрестности деревни Кааг
Людей из второго «феннека» я даже толком не разглядел. Они выделялись в прикрытие и разместились на другой ферме, метрах в пятистах от той, на которой укрылся я. Сам же я блеснул гостеприимством насколько возможно, то есть разместил троих и укрыл их машину.

Впрочем, они совсем не дармоедствовали, а выставили в окне мансардного этажа странный агрегат, напоминающий встроенный в ящик прожектор и установленный на треногу, который должен был обнаружить любого врага за несколько километров, вывести его изображение на экран, заботливо окружив рамочкой. Бастиан, разложив на столике очень военного вида лэптоп в зеленом защитном корпусе, почти не отрывался от монитора, попивая чай из кружки с мельницами.

Вим припахал меня разбираться с картой. Я отметил дома вокруг деревни, в которых обычно размещались сторожевые посты, отметил маршруты движения патрулей, обозначил все точки, в которых происходили боестолкновения с албанцами. В довершение сказал:

— Больше ничего о них не знаю. У меня другие задачи, я не разведкой, я их отстрелом занимался.

Вим хмыкнул, явно не слишком ободренный таким заявлением. Я к этому добавил:

— Завтра я планирую засесть наблюдать вот сюда, — я потыкал пальцем в комплекс теплиц возле Нюве Ветеринг. — Есть некоторые идеи, хочу их проверить.

— Хотелось бы не мешать друг другу, — вежливо намекнул он.

— Я постараюсь не мешать. В любом случае, никаких активных действий предпринимать не буду, пока не согласую с вами.

Тут он прав, конечно. Им скрытность нужна для работы, а если я очередной шухер подниму, то ситуация может начать развиваться непредсказуемо. Но одно дельце все же в плане у меня есть, и отказываться от него не хочется. Авось как-то согласуем.

Вим выдал мне рацию. Нормальную военную рацию с защитой связи. Затем сказал:

— Расписание связи возьми у Баса.

— Хорошо, — кивнул я. — В любом случае, оставляю вас до завтра. До вечера. Это как минимум.

Ротмистр вздохнул и кивнул согласно. Все же они здесь какие-то другие, наш бы разведывательный капитан уже бы матом кричал, кулаками потрясал и угрожал страшными карами в случае неподчинения. А этот нет, приспосабливается. Ну и хорошо, мне мой независимый статус нравится больше, не рвусь я в какую-нибудь армию вступать.

Так, хорошего понемножку. Мне надо отбыть в засаду больше чем на сутки. Не в засаду, если точнее, а в место, из которого хочу понаблюдать за перемещениями к теплицам, если такие перемещения есть. Должны быть, мне кажется, не упустят хозяйственные люди такой возможности и для нормального питания, и для торговли, наверное. Не может быть. И надеюсь, они за дни моего молчания расслабились, должны были расслабиться.

Снова мотоцикл. Он и быстрый, и укрыть его легко, именно то, что мне сейчас и надо. М4 с глушителем, пистолет с глушителем, много гранат. Достаточно. Неплохо было бы попросить у Вима «сабсоников» калибра 5.56, но просить никого ни о чем не хочу, пусть меня просят. И так обойдусь. Прицел с пулемета переставлю на автомат разве что, он все же универсальный, то, что мне и нужно, если налегке собрался. Пристрелять бы его с глушителем надо, но, в общем, поправки на глушитель я и так помню, примерно прикину. Может по пути где сделаю несколько выстрелов, проверю.

Навалил коту еды с запасом, официально назначил его старшим в мое отсутствие. Когда я выходил на улицу, Вим выразительно посмотрел на меня и постучал пальцем по рации, висевшей у него на плече. Да понял я, понял, связь — первое дело. Будем держать насколько возможно.

«Ямаха» рыкнула двигателем, завибрировала, и бодро рванув с места, понесла меня по узкой асфальтовой дороге.

Выехал я на ночь глядя в расчете на то, что все перемещения противника по окрестным дорогам должны были закончиться с темнотой по моим прикидкам. Никто не шляется ночью за пределами укрепленных мест. А я, как ни странно, уже к этому привык за последнее время.

Два неприятных момента — придется проскакивать через две мертвых деревни. Одну еще ничего, придется пересекать поперек, мертвецы не чухнутся, а вот еще одну, под названием Хоогмаде, надо проехать насквозь всю. Да еще и пересечь по мосту канал. Был вообще соблазн двинуть на лодке, но тогда придется преодолевать долгий и плохо просматриваемый участок территории пешком, а это куда хуже.

Дороги были пустынны, мертвая тишина в окрестностях давила на нервы и делала звук мотоциклетного мотора невыразимо громким, казалось, что его слышно и в бандитском анклаве, и в мертвом Амстердаме и вообще где угодно. Вот я его особо и не крутил, ехал «внатяг».

Первую деревню пересек без приключений, пространство между ними тоже, а вот во второй столкнулся с проблемой — прямо на мосту сидели трое мертвецов. Притормозил, задумался. Можно попытаться проскочить сходу, но… тут бабушка надвое гадала, сбить мотоциклиста на землю совсем не так сложно, машина-то двухколесная. Задерживаться на месте тоже не хочется, вон какая-то нездоровая активность в палисаднике неподалеку заметна, и эта активность как-то в мою сторону смещается, но…

Примерно на ста метрах падение пули оказалось совсем несущественным, стрелял без поправки и попадал. Три пули на трех зомби оказалось достаточно, спасибо удобному прицелу, мне бы еще таких штук сколько-нибудь про запас. Отпустил повисший на петле автомат, рванул дальше.

На съезде с моста чуть не свалился — столкнулся с толстой мертвой женщиной, неожиданно шустро выбежавшей на дорогу. Но удержался, а мертвечиха свалилась, с громким стуком ударившись головой об асфальт. Мелькнула мысль о том, что где много зомби — там нет морфов. Это из наблюдений, но они точные.

Проскочил окраину, «носовые платки», большую ферму с добротным домом, выбрался на трассу. Там уже остановился, огляделся, перевел дух. Нет, в этих краях расслабляться нельзя, прилететь может откуда угодно и что угодно. Сейчас бы чуть зевнул, и летел бы через эту жирную кувырком. И хрен знает, встал бы вообще?

Вокруг было тихо, пусто, опять же мертво. Сумерки становились все гуще и вскоре должны были превратиться в полноценную темноту. Фару я не включаю, в случае чего и с прибором ночного видения поезжу, свет виден издалека, особенно когда ни одного огонька вокруг.

Ладно, хорош стоять, дальше погнали. Местечко я уже давно присмотрел как перспективное, надо только туда добраться. Мелькают по сторонам шумозащитные щиты, непонятно кем и когда расписанные графитти прямо по прозрачному пластику, за ними тянутся ряды каких-то складов, ангаров, поля теплиц. При первой возможности съехал с шоссе, покатил по параллельной дороге, оглядываясь. Ангары, склады, ангары… а вот и большой дилерский гараж «Мерседеса», именно то, что я и ищу — у него с угла пристроен офис, белые стены и поляризованные стекла. Именно этими стеклами он мне и понравился — хрен разглядишь, что там внутри делается.

Выскочил на стоянку перед зданием, тормознул. Мертвецов в окрестностях вроде бы не видно. Это важно, в замертвяченном месте прятаться не с руки, а сидеть придется долго.

Неторопливо объехал задание, а затем описав круг по стоянке, пригляделся к входам. В середине двое больших ворот в гараж, рядом с ними маленькая калитка. Еще одна дверь, стеклянная, ведет в офис. Туда и подкатим.

Мотоциклетный мотор замолчал, в тишине было слышно, как он остывает. Я слез с мотоцикла, огляделся по сторонам, всматриваясь в каждую тень — нет, вроде бы никакой твари не видно. А вот пока ехал, костяки и разложившиеся трупы попадались, похоже, что здесь кто-то методично зачищал окрестности. Почему бы и нет, если патронов много и албанцам, если это их рук дело, здесь что-то нужно.

Правда, есть и другая версия, куда менее приятная — здесь вотчина морфов. Они и зомби жрут, не брезгуют, и вообще получаются там, похоже, где конкуренция за кусок необращенной человечины была ниже. Так что… ладно, не будем о грустном. Тем более, что в здании все окна целы, если туда кто и забирался, то через дверь, а под нее ветром мусора намело. А это значит, что открывали ее давно, так что может и обойдемся без проблем.

Ну-ка, проверим ее… не заперта. Потянул за ручку, она и открылась. Сунулся внутрь, включив ЛЦУ на автомате, принюхался. Спертый воздух, сырость, что ли… ацетонового и мертвецкого запаха вроде не чую, но… мало ли, в общем. Ладно, зал здесь небольшой, сейчас оглядимся…

Луч фонаря рассек густеющий сумрак, заиграл бликами на ножках столов из нержавеющей стали, каких-то рамках на стенах. Прошел вперед, за линию столов, заглянул… пусто. Никого и ничего. Это хорошо, это мне и нужно. Так, лестница наверх… пошли по ней.

Тихо двигаюсь, сам весь в слух и нюх превратился. Все же запах не слишком нравится, если честно, нехороший он какой-то, поосторожней бы надо. Все же напоминает он… известно что.

Труба глушителя следует за лучом, а заодно алое пятнышко лазерного луча скользит по стенкам. Уж если пользоваться — так всем, даешь техническое превосходство над нежитью и кем попало.

Второй этаж, смотрю снизу, сквозь балясины перил. Вонь сильнее, гниль какая-то. Двигаюсь дальше, выше… вот ботинок коснулся ровного пола. Выбрался. Тут, похоже, главный заседал — единственный стол плюс совещательный уголок. Никого. Шкафы, полки, какие-то дипломы на стене. Воняет-то чем?

В луч света попадает пластиковая коробка с завтраком, валяющаяся на полу. Что-то покрытое плесенью и червями вывалилось и вытекло из нее. Гадство, убирать придется.

На всякий случай заглядываю за стол, убеждаюсь, что и там никакой угрозы нет. Хорошо, с офисом разобрались. Теперь опять вниз, оттуда должна быть дверь в сам гараж, ее тоже проверить надо.

Спустился неторопливо, не опуская оружия, не расслабляясь. Мало ли что я сумел упустить на первом этаже, и что могло проникнуть неизвестным мне путем? Еще со времен службы помню, что «Бдительность — наше оружие!». Вот так вот. И мы ее, то есть бдительность, ослаблять не будем.

Никого. Не пришел никто на первый этаж. Дверь в гараж оказалась открытой. Заглянул, поводил лучом фонаря… ага, здрасте. У колеса большого грузовика сидит зомби. Костюм, галстук, белая рубашка, пропитанная мертвячьим гнильем… а запах так и не особо сильный, скорее даже слабый.

Зомби, только начавший выходить из «стэндбая», поднял голову и уставился на фонарь своими бесцветными, злобными глазами. Пятнышко лазерного луча скользнуло по его морде, замерло возле переносицы. Бумкнул заглушенный выстрел, зазвенела по полу одинокая гильза. Из разваленного затылка брызнуло дрянью на машину, труп завалился. Резко запахло сильнее и мерзее.

Так, ладно, а оно мне надо этот огромный темный гараж зачищать? Я вот еще возню где-то слышу, но идти туда не хочу. Зачем оно мне? Дверь вроде крепкая и закрыть ее можно вполне. Так и сделаю, ну его на хрен, в темный лабиринт между машин соваться в одиночку. Я уже в Хьюстоне так делал, с прикрытием и то еле уцелел. Не, не надо мне такого счастья.

Отступил назад, захлопнул пластиковую дверь. Не крепостные ворота, конечно, но от зомбяка должна защитить. Подумал и подвинул к двери шкаф, завалив его набок, а потом подпер столом. Не то чтобы вообще не пробить, но шуму придется столько наделать, пробивая эту баррикаду, что я успею тыщу раз придумать меры противодействия.

Так, теперь последняя деталь — мотоцикл. С ним мудрить не буду, просто заведу его внутрь. Выглянул из офиса, снова осмотрелся — вроде нет никакой вредной твари вокруг. Открыл дверь настежь, уселся на мотоцикл, дал газку, качнул подвеску — он легко вскарабкался на ступеньку крыльца и въехал в дверь. Звук двигателя резко застучал по ушам, запахло выхлопными. Развернув его буксом «на пятке», направил «мордой» к выезду, чтобы, случись сваливать, времени не терять, и заглушил. Все. Осталось только дверь закрепить припасенной железякой. Что и сделал.

Так, безопасное место для наблюдения у меня есть. С первого этажа наблюдать плохо, мешают шумозащитные экраны близлежащей трассы, а вот со второго в самый раз, видно далеко, место здесь открытое. И самое главное — отлично видно большие теплицы и примыкающие к ним упаковочные цехи, что выстроились с противоположной стороны шоссе, чуть дальше к северу.

В заваленную дверь, ведущую в гараж, кто-то постучал. Неловко, несильно, неуклюже — сразу понятно, что зомби. Я показал двери средний палец и пошел на второй этаж, устраиваться. Мне здесь еще и ночевать, и потом, наверное, целый день сидеть. Вызвал по рации Вима, сообщил где я. Точку я ему на карте заранее указал, пусть будут в курсе.

2748532101696291.html
2748759092928682.html
2748835815764204.html
2748910708545009.html
2749021137321072.html